+79217273595, etskarelia@ya.ru
...с 1997 года помогаем отдыхать в Карелии!

Беломорские сокровища или похождения дурачины

На белое море собрался спонтанно. Думал, что просижу «на берегу» между офисом и домом весь май. Но нет, все пошло как надо. Приятель по семейным делам выехал в те края, как раз на сроки последних дней охоты.

Утром, на ул. Свердлова в Петрозаводске мне очень быстро выписали документы на охоту в Беломорском районе. До офиса или нормального компьютера не добежал – рабочее совещание по скайпу прошло из кафе Парижанка (технологии!!!), потом еще несколько рабочих «цейтнотов» и в обед удалось прыгнуть в авто к другу.

Вечер 12 мая я встретил на берегу Белого моря. Потыкал новой фотокамерой в небо, в берег, в строящийся мост через Кузреку, и двинулся к месту дислокации. Там стародавними друзьями уже был накрыт стол… Байки. Байки. Баиньки.

К слову, при проявке «пленки» дома – над тем мостом, что я прицельно сфотографировал ночью через залив (примерно за 2 км) для пробы фотоаппарата - было обнаружено НЛО.  Позже эксперты определили тип летающей тарелки, но легкий скепсис остался.
 

 
 

Утром подготовка плавсредств к приливу и осмотр ближайших берегов, канав на предмет засидки…

Пока выбирал засидку, и строил маршруты подхода к ней через прибрежные валуны – встретились мне две крачки. Крачка, она же «морская ластояка». Семейная пара. Далеко друг от друга не отлетают. Возможно, я застал первые дни их прилета. На побережье их не много - в разы меньше крупных чаек. Но позже в один из дней их налетело целое полчище. На одной мысовине насчитал более 30 штук и бросил это занятие.

Говорят, что крачка создает семью один раз. Т.е. парочка держится друг друга. А еще говорят, что у нее классическое положение головы в полете - клювом вниз. На одной фотографии будет это заметно.

  • Крачка или морская ласточка – так называются некоторые роды семейства чаек (Laridae), соединяемые в особое подсемейство крачковых (Sterninae) и отличающиеся длинным прямым клювом без восковицы и крючка на конце и слабо согнутой спинкой. Все К. прекрасно летают, живут по берегам морей и пресных вод, питаются рыбой и другими водяными животными, которых ловят, бросаясь на них сверху.

…Засидка не понадобилась. Начался сильный туман вперемешку с моросянкой. Но в один момент туман рассеялся. И моему взору открылась картина – несколько десятков гусей, топчутся по отмели в сторону того места, где я обычно делаю засидку.

Держу в руках фотокамеру и ружье. Понимаю, что успеваю прокрасться в засидку, но все добро не затащить с собой. Придется реально подползать, чтобы не вызвать гусиную суматоху…

…Охотничий азарт перевесил. Хватаю тулку, бегу краем леса, краем болота, краем берега, согнулся, на карачках, ползу. Вышел на место. Гуси в 100 метрах. Вот уже в 90 метрах. Идут ближе. Кушают отливные травки. Вижу гусей в 60-70 метрах. Далековато для моих самодельных безконтейнерных патрошек. Жду. Высматриваю. Обращаю внимание, что стая «сборная» - гуменник, казара белощекая, казара чернозобая и еще какой-то гусь, мною точно не определенный.

Первыми меня заметила тройка гуменников, что были чуть в стороне.  Отлетели на 100 метров на отмели и продолжили банкет. Дальше хуже. Все гуси поочередно вытягивают шеи и крутят головой. Явно что-то им мешает идти ко мне. Видимо сам я. Гогот нарастает. Мое нетерпение также нарастает. Больше всего я понимаю, выстрела удачного сделать почти никак. А вот была бы фотокамера...

Но фотокамеры не было. Было тульское ружье, азарт и мысль блицкрига. Принимаю решение, попробовать встать и сделать бегом сколько успею шагов в сторону гусей, выцеливая двух крайних гуменников. Думаю, вдруг взлет будет на меня. Было в моей практике такое не один раз.

Хоп. Хоп. Хоп-хоп-хоп…Вся стая при первом моем высовывании головы, еще до подъема на ноги, мгновенно взмывает в воздух. Не ко мне. От меня. Бегу по нярше, болоту, слегка утопая по щиколотку. Расстояние уже метров 100-120. Картина ясная. Не целясь стреляю в небо два раза. Охота же!

Возвращаюсь на бивак. Оказывается, за мной следили мои приятели в бинокль. Сказали, что до последнего момента верили в мою удачливость, но, мол, звезды не мои. На что я говорю, что счастлив, что открыл охоту на севере. Не зря приехал.

К слову, был день памяти одного местного помора, людей собралось прилично, так что помянули человека, родственников, всех знакомых. А я и за открытие охоты куксу поднял.

Вечером в перерывах между ливнем, пытаюсь фотографировать перелетных птичек. Но все равно изморось не дает долго наблюдать. Влажно. Сумрачно. Ветрено.

Первым объектом фотоохоты стала варакушка. Ее заметил через окно избушки. Как ливень стихает, она прямо перед избой танцует и посвистывает. Но стоит выйти – птичка сразу улетает. Так повторялось несколько раз. В результате я замаскировался у щелки в дверях и стал ждать. Пришла!

  • Варакушка.
  • "По удивительной сверкающей и яркой окраске варакушка - типично тропическая птица. Однако на огромном своем ареале, раскинувшемся по всей Западной Европе и большей части России до Чукотки включительно - это преимущественно северная птица. Об этом убедительно свидетельствует то, что она широко заселяет не только всю тайгу, но и тундру, доходит до берегов Северного Ледовитого океана.
  • Почти всюду варакушка поднимается высоко в горы, гнездится в припойменных кустарниках, преимущественно ивняках, раскинувшихся по берегам прудов, озер и болот. Иногда ее поселения можно встретить и вдали от крупных водоемов, но тогда где-нибудь поблизости можно обнаружить хоть небольшую канаву, мочажину или родничок. Очень любит варакушка взрытую неглубокими канавами, комковатую или кочкарную землю среди зарослей кустов и захламленных ветвями и кучами хвороста участков."

Следующей птицей в объективе стали кулики-чернозобики. Они старательно втыкали свои клювы в заросли морских водорослей, что раскиданы после шторма по кромке берега. Что-то находят. Так увлеклись, что не заметили, как я подкрался на достаточно уверенный фотовыстрел.

  • «Кулик Чернозобик немного меньше скворца. Клюв черный, тонкий, приблизительно равняется длине головы, и едва заметно загнутый книзу. Ноги недолгие, черные. Верх тела весной рыжевато рябой. На брюхе большое черное пятно. Грудь светлая, рябая. Подхвостье белое. Надхвостье темное. Осенью черного пятна на брюхе нет, брюхо белое. Вместо рыжих тонов в расцветке преобладает серый цвет. Встречается во время сезонных перелетов. Изредка, преимущественно на морском побережье и на Днепре, странствующие чернозобики встречаются и летом. Держится песчаных кос. Весной пролетает в апреле — мае, а осенью в августе — сентябре (иногда и в октябре). Питается мелкими беспозвоночными.»

Рядом с этими куликами бродит какой-то конкурент. Или кто? Сфотографировал. Дома определил – это был не редкий гость беломорских весенних берегов – птица «Галстучник».

  • «Признаки: размером со скворца. Внешностью и манерами очень сходен с малым зуйком, отличается от него большей величиной, клюв оранжевый с черной вершиной, нет четкого желтого кольца вокруг глаза, нет белой окантовки позади черной лобной полосы, в полете хорошо видна белая полоса вдоль крыла. Ноги желто-оранжевые, трехпалые. Самки в среднем чуть крупнее самцов, но внешне это не заметно. У самки черные элементы окраски меньше, чем у самца, и с бурым оттенком, но с расстояния определение пола затруднительно. Галстучник (Charadnus hiaticula), птица из рода зуйков (см. ЗУЙКИ) семейства ржанковых (см. РЖАНКОВЫЕ). Длина крыла 13—16 см, масса тела 44—65 г. Лоб у галстучника белый, передняя сторона темени и бока головы черные, на нижней стороне шеи поперечная полоса — «галстук». На рулевых перьях, кроме средней их пары, много белого цвета. Клюв у галстучника короткий, двухцветный. Основная часть его оранжево-желтая, концевая черная.»

Вечером еле досидел до заката. Рванул в поля на тягу вальдшнепа. Но это громко сказано. Шел проливной дождь. Как из ведра. Мой напарник выдержал на поле не больше 20 минут. Ушел ровно тогда, когда первый вальдшнеп подал голос.

Я же решил, что и так сырой до последней нитки – более ничего страшного не будет. За вечер увидел четыре вальдшнепа. Одного добыл.  Шапка – верх. Вальдшнеп мгновенно меняет траекторию и приземляется прямо к шапке упавшей в траву. Впервые вижу, чтобы так быстро приземлялся. К слову, первый выстрел я сделал в полете на приземлении. Второй когда вальдшнеп был на земле у шапки. Что было решающим – не знаю. Но птица добыта, шапка не пострадала.

Ночи белые на севере наступают рано. Первый час ночи, а я сижу под березой на камне, читаю обрывок какой-то случайной газеты, что в кармане нашлась. Без фонарика.

Ближе к часу ночи вернулся на стойбище. Все спят. Избушка натоплена. На столе ужин. И пузырек. Славненько. Поужинал и спать.

Утром принимаю решение идти на острова. Ружье закинул в лодку, но убрал его в носовой рундук, и  в этот день до вечера его не доставал. Бегал с фотокамерой.

На любимом острове тучки разошлись и осветили одну из старейших, но крепких изб.



Вышел из лодки, пошел по берегу. И вот попались мне в объектив старые приятели. Кулики-сороки. Краснокнижный вид. Немного пофотографировал.

  • Кулик-сорока (лат. Haematopus ostralegus) — крупный кулик с длинным оранжевым клювом и чёрно-белым контрастным оперением. Наиболее распространённый вид небольшого семейства Haematopodidae, куда входят птицы, обитающие в основном на морских побережьях. Распространён в Западной Европе, центральных районах Евразии, на Камчатке, в Китае и на западе Корейского полуострова. Гнездится на песчаных и галечных пляжах морей и крупных внутренних водоёмов. Питается различными беспозвоночными — ракообразными, моллюсками и насекомыми. Пегой окраской оперения напоминает сороку, за что и получил своё русское название. Признана национальной птицей Фарерских островов.

В один момент, замечаю, что на камушке, что рядом с моими куликами-сороками – сидит еще какая-то птичка. Как появилась - не понял. А она также незаметно и исчезла. Успел сделать несколько кадров, а дома определить ее как камнешарку.

  • Камнешарка (лат. Arenaria interpres) — вид птиц из семейства бекасовых (Scolopacidae). Её величина составляет всего 23 см. Оперение на спине летом каштаново-коричневого цвета, грудка чёрная. Своим названием камнешарка обязана особенному способу поиска пищи, заключающемуся в переворачивании камней и ракушек на пляже. Размах крыльев этой птицы составляет от 45 до 56 см, а вес колеблется в пределах от 80 до 190 г.

Поснимал некоторое количество поморских пейзажей.



На скале соседнего острова разглядел греющихся гаг с подветренной стороны. Гага или по местному «гагач» - редкая утка. Видел их и на воде, но далеко и шторм – фотографии качественной не будет.

  • Обыкнове́нная га́га (лат. Somateria mollissima) — крупная морская птица из семейства утиных, распространённая вдоль северных побережий Европы, Восточной Сибири и Северной Америки.

Шторм усиливался. Поспешили уйти из под ветра в прибрежные острова, а потом с приливной водой перебраться на берег. На берегу встретил старого знакомого - известного рыбака, помора из деревни Сухое - Виктора Печкина. Давно хотел сделать его портрет - очень выразительные лица у кореных поморов, в каждой морщинке можно прочитать что-то из уходящей эпохи настоящих охотников и рыбаков.

Вечером пошел на тягу вальдшнепа. Все на то самое поле, под ту самую березку, на тот же самый камушек.

Штиль! Полный штиль. Тишина. Дневное тепло улетучивается, а ночной примороз стелется по пожухлой осенней северной траве. Весенняя еще не пробилась.  Красота! Но на поле я не один. На поле есть еще один охотник. Филин. Здоровый филин «мышкует». Чудесно. А я, балбес, опять не взял с собой фотокамеру. Последний вечер на Белом море в этой экспедиции. Завтра охота закрывается. Завтра домой еду. А камеру решил не тащить. Только ружье. Что ж, буду наблюдать.

Филин явно видит меня. Держится своей половины поля. Вдалеке послышалось токование еще одного филина. Мой пропал. Через 15 минут уже два филина носятся над полем и скрываются в противоположной от меня стороне.
- Ха, «охотничек»! - подумал я. – Подруга пришла, и никаких тебе "самолетов"…

… и тут началась тяга вальдшнепа. Время 23-10. Первый прошел боком. Над перелеском. Стрелять было можно. А найти – большой вопрос. Отпустил его. Второй краем поля, там где филин мышковал. Третий шел в лоб. Да еще и шапку в небо я кинул. Выстрел – падает в трех метрах… Тишина.

Вспоминаю стихотворение карельского поэта Сергея Ворошилова.

Вальдшнеп

Хоронясь за лучистую холку,
Кто-то солнце увел под уздцы,
Лишь дроздами звенят без умолку
Золотого коня бубенцы.

Дирижируя птичьей капеллой,
Вечер льет за аккордом аккорд,
Заплетая движеньем умелым
Песню сумерек в тающий хор.

И любовь, прославляя без фальши,
Доверяясь всецело весне,
Долгоносый солирует вальдшнеп
На охрипшей басовой струне...

Он летит над веснушками почек,
Над прозрачною дымкой берёз -
Говорящий пушистый комочек,
Пара крыльев да прутиком нос.

«Говорящий пушистый комочек!» «Говорящий пушистый комочек!» «Говорящий пушистый комочек!» Ну как же так метко можно сказать? И добавить нечего. «Пара крыльев да прутиком нос.»

Сергей Иванович, удивительные стихи! Спасибо!

Так размышляя над этим стихотворением, начинает в голове складываться новый ритм. Свой. Но комочек тот самый, от Сергея Ворошилова.

«Говорящий комочек любви
Пролетает над северным полем.
Я сегодня решаю один –
Быть рабом ему или на воле…»

Ух. Вот ведь. Тишина. Ожидание заветного «цирк-цирк» и «хрл-хрл». И четыре строчки. Пока был под впечатлением музы и поэзии - один вальдшнеп прошел над самой головой и скрылся в березовых макушках. Продолжаю ловить музу.

«Он в туманной дымке дождя
Все поет о прекрасной свободе!
Что ответить ему от меня?
Шапку в небо и выстрел на взводе?»

В момент, когда строфа зацепилась – над перелеском услышал заветное курлыкание. Бросаю свою кепку повыше в небо и вылетает на меня «говорящий комочек». Выстрел. Падает почти к самым ногам. Второй.

Почти сразу еще один вальдшнеп идет на расстоянии выстрела! Вот это тяга! Но патроны в кармане, а не в патроннике. Провожаю его взглядом. Лети прутиком клюв! А муза все еще рядом…

«Сквозь березовых веток прицел –
Провожаю его я подальше.
Чтобы ночью в травинках пригрел
Он девчоночку с именем Вальдшнеп»…

К слову, без десяти минут полночь, я добыл третьего вальдшнепа. Домой идти не хочу. Как же тут хорошо! Тихо. Ветра нет. Тишина. Лишь редкие пичужки иногда делят ночную веточку и суматошно, но кратко перекрикиваются и пересвистываются.  Буду сидеть и смотреть по сторонам пока не замерзну или не начну засыпать!

Далее начались легкие «ужасы». Яркая луна вышла из-за леса и из-за легкой тучки. Огромный белый шар. Лес и поле переливается всеми цветами радуги. Ого! Это не ночь! Это сказочный лес! Сказка! Где же мой фотоаппарат… Ай-я-яй!!! Ох, как не прав, что поленился взять с собой. Совсем не прав!

В силуэте луны замечаю какую-то большую тень. Которая то мелькнет на фоне луны или неба, то вновь пропадет в перелеске… Мой филин вернулся! Радуюсь. А филин тем временем приближается. Мои добытые три вальдшнепа лежат в сторонке на огромном куске скалы. Филин похоже их «почуял». Петляя, зависая, но двигается в мой сторону. Двадцать метров. Десять. Пять. О-о-о-о-о-о… 1 метр над головой. Увидел меня. Завис. Я молчу. Глаза раскрыл и смотрю. Околел. Страшно. Ружье в руках, но восторг, страх, радость. Очарован ситуацией.  Но мышцы не выдерживают. Противные голосовые связки выпускают инстинктивные: «Кш, кш, кш»… Филин оторопел. Пара взмахов крыльями и поднялся на три метра выше. Но не улетает. Смотрит на меня. - «Кш. Кш. Кш» - шиплю на уровне внемозговой активности. Филина оцепенение отпустило, он двинулся в сторону, лишь на мгновение завис над моей добычей, явно поглядел на меня, но решил не связываться. Улетел.

Что я могу сказать. Пожалуй, это охотничье счастье на 100%. Ради таких минут, что с ружьем, что с фотокамерой надо быть в лесах. Сказка. Сказка!

Тем временем, поглядел на часы – время пятнадцать минут первого. Новый день… Идти домой? Еще посидеть? Может что налетит? Тяга скорее всего закончилась. Да и норма добыта. Норма? Три в день. А уже новый день? Вот она совсем не охотничья жадность прокралась в меня. Принимаю решение еще десять минут ночной тишины на поморском лесном, слегка заболоченным, поле… Через пять минут на мою шапку вылетел еще один ночной мотылек, певец любовных рулад. Четыре вальдшнепа подвязаны к поясу. Иду к избушке. Спать. Спать. Спать.

Утром, на удивление встал рано. Начало пятого. Красное зарево восхода. Пятнадцатое мая 2014 года.  Сказочное утро. Вскипятил на горелке чай. Попил чай и вновь забрался в спальный мешок. Следующий подъем в 8 утра. Солнце жарит. Жарища!

В небе, с противоположной стороны рассвета летает скопа. В лапах явно что-то есть. Сфотографировал. Далеко. Но зато понятно! Это в лапах камбала! Вот хитрунья, рыбакам в сети камбала не идет, а она на отливе отлично ее ловит! А по соседству еще одна скопа, но та еще только высматривает добычу. Поморы говорят, каждое утро при отливе эти птицы здесь наблюдаются.

  • Скопа. (лат. Pandion haliaetus) — хищная птица, распространённая в обоих полушариях, единственный представитель семейства скопиных. Крупная хищная птица длиной 55—58 см, с размахом крыльев 145—170 см. Длинные крылья характерно изогнуты в районе запястного сустава. Перья верхней стороны тела бурого цвета; темя, затылок и нижняя сторона тела — белые; в районе запястного сустава имеются тёмно-коричневые пятна, а вокруг шеи крапчатое ожерелье. Также с каждой боковой стороны имеется бурая полоска, проходящая от клюва через глаз и шею. Восковица и ноги свинцового цвета, клюв чёрный. Молодые особи почти не отличаются от взрослых птиц, но выглядят несколько пятнистыми из-за светло-коричневых кончиков перьев на внешней стороне крыльев и хвоста. Их пятнистое ожерелье менее ярко выражено, а радужная оболочка глаза оранжево-красная, тогда как у взрослых птиц она жёлтого цвета. Взрослая окраска молодой скопы появляется через 18 месяцев жизни.

Напоследок, когда все снаряжение было загружено в машину – я увидел какое-то движение в штилевой воде… Взял камеру, и немного понаблюдал за беломорской нерпой…

Беломорская нерпа. Эта разновидность тюленя достаточно осторожная. И очень чувствительная к кормовой базе. Поморы-рыбаки не любят нерпу. Так как тюлень подплывает к выставленной сети и "высасывает" всю рыбу. Оставляет в сетях лишь запутавшиеся рыбьи головы. Но зато если нерпа заплыла в бухту - вперед на рыбалку! Рыба пришла!

Пока я ползал между камней на берегу, приятели нетерпеливо топтались и громко обсуждали, что: «Пропал Илья охотник. Теперь он не пойми кто. Ползает не пойми где, радуется не пойми чему. Дурачина, одним словом»…

… А я счастлив трем дням весенней Жизни и Беломорским Сокровищам!

«Говорящий комочек любви
Пролетает над северным полем.
Я сегодня решаю один –
Быть рабом ему или на воле…

Он в туманной дымке дождя
Все поет о прекрасной свободе!
Что ответить ему от меня?
Шапку в небо и выстрел на взводе?

Сквозь березовых веток прицел –
Провожаю его я подальше.
Чтобы ночью в травинках пригрел
Он девчоночку с именем Вальдшнеп»…

 

Отчеты и фотографии из походов по Карелии